Category: наука

Category was added automatically. Read all entries about "наука".

В который раз

поражаюсь тому, что известная нам материя составляет около 5 процентов вселенной, а остальные 95 процентов - темная материя и темная энергия, о которых нам практически не известно ничего. НИЧЕГО не известно.

из книги Джона Хоргана "Конец науки"

Я спросил Виттена, как он отвечает на заявления критиков, утверждающих, что теория суперструн не поддается тестированию и поэтому на самом деле не является физикой. Виттен ответил, что эта теория предсказала силу тяжести.
— Хотя она и является, если быть абсолютно точным, постпредсказанием, в том смысле, что эксперимент был проведен до теории, тот факт, что сила тяжести — следствие теории суперструн, для меня — один из великих теоретических примеров проницательности за все времена.

http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%92%D0%B8%D1%82%D1%82%D0%B5%D0%BD,_%D0%AD%D0%B4%D0%B2%D0%B0%D1%80%D0%B4

(no subject)

Я как-то тут рассказывал, что в философии сознания есть экстравагантное направление, которое называется панпсихизм. Не умея обьяснить, как из материи возникает сознание, некоторые философы (в последнее время, довольно убедительно, Galen Strawson) говорят о том, что возможно, сама материя уже наделена сознанием - т.е. что сознанием наделены камни, термостаты, любые другие обьекты, вплоть до молекул и атомов.

Обычно, разбирая это гипотезу и указывая на некоторую ее фундаментальную диковатость, критики далее приводят еще одно соображение. Они говорят о том, что даже если каждая молекула и атом в нашем теле обладают сознанием, это совершенно не помогает в решении изначальной проблемы, ибо неясно, как из этих отдельных элементных сознаний складывается единое сознание и личность человека. Мне лично это всегда казалось довольно убедительным аргументом против панпсихизма. Я представлял себе маленькие самостоятельные сущности, капризные и своевольные, каждая тянет в свою сторону - и как же, скажите на милость, из такого бедлама может получиться мой внутренний мир?!

В прошлой записи я заметил, что одним из авторитетов-панпсихистов является Шопенгауэр.

Сейчас, по подсказке shkrobius читая замечательную книжку, внезапно осознал очевидное: еще одним видным панпсихистом является Лейбниц. Его концепция монад уж совсем близко к взглядам Строусона и Чалмерса.

Размышляя о монадах Лейбница, подумал - если оглянуться вокруг и поискать, на что более всего похожи лейбницевские монады, то ответ напрашивается сам собой - на биологические клетки. В клетке уже есть телеология - она имеет нужды, желания, она выбирает и стремится, она воспринимает и перерабатывает информацию об окружающем мире. Клетку, пусть приблизительно, можно рассматривать, как некоего отдельного независимого субьекта, наделенного сознанием.

И при этом - тут самое главное - клетки обьединяются в крупные ансамбли, организмы, которые являются чем-то большим, нежели просто конгломератами - у организмов есть своя телеология, свои цели, которые не совпадают с целями каждой из участвующих в них клеток.

В некотором роде подобным образом можно видеть и панпсихизм. Пример биологических организмов показывает, что в идее соединения автономных телеологичных сущностей в единое органическое целое нет ничего дикого.
  • Current Mood
    dorky

(no subject)

В последнее время в околонаучной литературе все чаще можно наблюдать, как сражаются две идеи - антропный принцип и гипотеза множественных вселенных. Обе идеи слегка (а может и не слегка) чуднЫе. И при этом одна исключает другую. От этого становится в голове щекотно.

Мне интересно, одной ли природы эти идеи, или же одна из них совсем чуднАя, а другая не совсем.

(no subject)

Аналитическая мысль, натыкаясь на колоссальные трудности в вопросе о соотношении мозга и сознания, порождает несколько экзотических решений. Одним из них является панпсихизм. Согласно этой теории, сознание имеется повсюду в природе - оно есть у растений, камней, воздуха - вплоть до элементов таблицы Менделеева, молекул, атомов и элементарных частиц - а также их комбинаций. Это дает обьяснение того, как химические вещества и биологические ткани мозга - "кусок" материи - порождают сознание. В рамках этой теории не нужно думать, в силу каких свойств и комбинаций это происходит - не нужно воображать сознание чем-то вроде программного обеспечения живого компьютера - не нужно думать, о китайской комнате - сознание уже присутствует на каждом "этаже" комбинаторной иерархии материальных "кирпичиков".

Экзотичность этой идеи заключается в том, что у валяющегося под ногами камня есть сознание того же рода, что и у нас с вами. Сознание есть у стульев, конфетных фантиков, термостатов, видеокамер, щепок, соплей...

Недавно понял, что идея эта - не такая уж и экзотическая. Из близких авторов самым авторитетным панпсихистом является Шопенгауэр. Вот кусочек из книжки "Мир как воля и представление":

"Итак, выясненное теперь двоякое, в двух совершенно различных видах данное нам познание о сущности и деятельности нашего собственного тела мы будем употреблять в качестве ключа к сущности всякого явления в природе. Все объекты, которые не есть наше собственное тело и потому даны нашему сознанию не двояко, а лишь как представления, мы будем рассматривать по аналогии с телом и признаем поэтому, что как они, с одной стороны, подобно телу, суть представления и в этом совершенно однородны с ним, так и, с другой стороны, если устранить их бытие в качестве представлений субъекта, то полученный остаток по своему внутреннему существу должен быть тем самым, что мы в себе называем волей. Ибо какой же иной род бытия или реальности можно приписать остальному физическому миру? Откуда взять элементы, чтобы составить такую реальность? Кроме представления и воли, мы не знаем и не можем помыслить более ничего. Если мы хотим приписать физическому миру, непосредственно находящемуся лишь в нашем представлении, наибольшую известную нам реальность, то мы должны придать ему ту реальность, какой для каждого является его тело: ибо последнее для каждого есть самое реальное. Но если мы подвергнем анализу реальность этого тела и его действий, то, помимо того, что оно есть наше представление, мы не найдем в нем ничего другого, кроме воли: этим исчерпывается вся его реальность. Таким образом, мы нигде не можем найти другой реальности для физического мира. Если, следовательно, физический мир должен быть чем-то большим, нежели просто наше представление, то мы должны сказать, что он кроме представлений, т. е. в себе и по своему внутреннему существу, является тем, что мы в самих себе находим непосредственно как волю."

Тут важна не аргументация, а сама идея Шопенгауэра - идея о том, что воля, которую мы открываем в себе как некую сущность нашего бытия - воля, к которой у нас есть интроспективный доступ (поэтому ее можно назвать сознанием, внутренним субьективным ментальным пространством) - пронизывает весь мир - так что стулья, конфетные фантики, термостаты, щепки и сопли наделены ею точно в том же смысле и в том же режиме, что и мы с вами.

Эта идея у Шопенгауэра - центральная. Ради нее он вобщем-то и написал книгу.

У Алеши Болдинская осень

Завещание

Не брей, красавица, при мне
Свои измученные ноги
Не возбуждают уж оне
Ни вожделенья, ни тревоги
Не пей, крсавица, портвейн
Вино тебе уж не поможет
Ведь ты не Байрон, не Эйнштейн
И истина тебя не гложет
Не ешь, красавица, горох
Не следует тебе поститься
Ты ж не святая, видит Бох
Грехам твоим уж не простится
Не вой, красавица, по мне,
Когда отправлюсь в путь печальный
Не смей фальшивить в тишине
И прерывать мой сон прощальный

Еще Хокинг

Еще один ключевой фрагмент из книги Хокинга
(Привожу его в духе знакомства со взглядами классика, а не в духе изложения моих собственных убеждений - хотя и считаю, что при формировании убеждений ко взглядам классиков следует прислушиваться)

Collapse )

Из книги "Grand Design" Стивена Хокинга

We seem to be at a critical point in the history of science, in which we must alter our conception of goals and of what makes a physical theory acceptable. It appears that the fundamental numbers, and even the form, of the apparent laws of nature are not demanded by logic or physical principle. The parameters are free to take on many values and the laws to take on any form that leads to a self-consistent mathematical theory, and they do take on different values and different forms in different universes. That may not satisfy our human desire to be special or to discover a neat package to contain all the laws of physics, but it does seem to be the way of nature.

Судя по всему, мы находимся в критической точке развития науки, где нам придется изменить представления о целях научных теорий и критериях их приемлемости. По всей видимости фундаментальные физические константы нашей вселенной - да и сама форма законов природы - не вытекают ни из логики, ни из каких бы то ни было физических принципов. Константы могут принимать любые значения, а законы - любые формы, допускаемые когерентной математической теорией - и эти разнообразные значения и формы реализуются во множественных вселенных. Это, возможно, противоречит нашему желанию занимать выделенное место в мироздании, а также стремлению открыть, в компактной и общей форме, все физические законы - но так уж, выясняется, устроена природа.
----------------------------------------------------
Хокинг тут пытается заявить о конце еще одного антропоморфизма - он подталкивает нас к мысли, что в физике произошла очередная коперниканская революция. Подобно тому, как после изобретения телескопа и появления идей Коперника пришлось отказаться от мысли о центральности и единственности Земли и человека, теперь следует отказаться от представления о выделенности нашей вселенной с ее единственно возможными и действующими везде физическими законами и определяющими облик мира константами. В этом, среди прочего, его комментарий к антропному принципу - он говорит, что наша вселенная, допускающая возникновение органической жизни и человека, есть лишь результат случайного сочетания факторов - и что в других вселенных, количество которых колоссально - эти факторы сочетаюся другими - всевозможными - способами.

Для меня в этой книге любопытным было полное и безоговорочное принятие теории струн как основы физики - и готовность сделать все крайние выводы - а также использование фейнмановского подхода к квантовой механике, основанного на идее, что квантовая система реализует все возможные траектории перехода из одного состояния в другое.

Сразу замечу (для специалистов-физиков), что книжка эта популярная, рассчитаная на домохозяйку, коей я и являюсь - и поэтому все мои слова есть порождение ума домохозяйки, в мутном и темном зеркале популярной книжки разглядевшей поразившие ее - возможно ложные - формы.

Шредингер пишет в 1925 году

За последнее столетие Запад существенно продвинулся вперед во вполне определенном направлении, а именно: далеко продвинувшееся познание пространственно-временных событий (физика и химия) и возникшее на этой основе сказочное изобилие «механизмов» (в самом широком смысле этого слова) значительно расширили сферу человеческих возможностей (технику). Я должен определенно констатировать: я далек от этого, особенно от последнего; я не могу считать технику самым значительным достижением Европы этого периода. Я считаю вероятным, что столетие, которое принято называть техническим, когда-нибудь позднее за его ярчайший свет и глубочайшие тени будет обозначаться веком эволюционной теории и деградации искусства. Но это мимоходом. Далее же речь пойдет о том, что наиболее существенно в данный момент.

Ввиду такого «элефантиазиса» остальные направления развития западноевропейской мысли, культуры и знаний находятся в пренебрежении, более того, пришли в запустение, как это уже бывало ранее. Порой кажется, что со стороны одного мощно развивающегося органа оказывается вредное атрофирующее влияние на другие.

Естественные науки, в течение столетий постыдно порабощенные церковью, подняли свою голову и с сознанием своего права, своей божественной миссии начали богатырское, полное ненависти избиение своей давней мучительницы, не принимая во внимание, что именно она была — пусть недостаточной и даже забывшей свои обязанности — но, тем не менее, единственной хранительницей священного блага и добра отцов.

Медленно и незаметно почти угасла искра древней индийской мудрости, когда чудодейственный учитель на Иордане снова раздул из нее пламя, светившее нам сквозь темную ночь средневековья; померк свет возродившегося солнца Греции, в лучах которого созревали вкушаемые нами сегодня плоды. Народ не знает ничего об этом. Масса стала неустойчивой и лишилась проповедника. Они не верят ни в Бога, ни в богов, осознают церковь преимущественно в качестве политической партии, а мораль — как тягостное ограничение, полностью утратившее равновесие вместе с подпоркой, в качестве которой им в течение долгого времени подсовывали веру в сделавшееся невозможным чучело. Наступил, можно сказать, всеобщий атавизм. Западному человечеству угрожает возврат на прежнюю, плохо преодоленную ступень развития: ярко выраженный неограниченный эгоизм поднимает свою оскаленную пасть и с родовой доисторической привычкой заносит неотразимый кулак над рулевым корабля, лишившегося капитана.

----------------
и не знаешь, смеяться от такого текста или плакать

Гибель человека

dennett
извините, что пристаю. но мне казалось, что вы лично - платонист - в том числе и в моральных вопросах. Т.е. вы можете наблюдать метаморфозы ценностей и теорий вокруг, но сами знаете, что хорошо и что плохо - и как обстоят дела - и на превалирующие мнение особенно внимания не обращаете. так вот, мне интересно у вас, как у платониста (а не как у историка и наблюдателя нравов) узнать существует ли требование быть рациональным?

ivanov_petrov
Разумеется. И первая обязанность, вытекающая из этого непреложного требования - понять, что же такое рациональность, что же следует воспитывать в себе человеку. Сейчас иррациональность наступает отовсюду - и то, что отображается в идиотизмах обыденной жизни - только дальний симптом. иррациональность пропагандируется всеми мощными силами современности. Ее подкармиливают и церковь, и наука. Она давно подмяла и политику, и экономику. Сейчас нет ничего в обществе, что могло бы противостоять иррационализму. последнее, что осталось у людей - их собственный разум. только личные усилия нечто уразуметь стоят между нами и гибелью человека. Никто больше не поможет - философия мертва, религия давно поражена до костей, наука вывернута наизнанку. Людей, которые готовы пытаться думать, очень мало - и они не узнают друг друга, потому что нет уже более никакого языка рациональности, ничего общего. Нелегкое сейчас положение.