Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

(no subject)

В жизни мне множество раз приходилось сталкиваться с людьми, причастными к оккультизму. Причем не просто с людьми, но с ближайшими друзьями. Однажды знакомая в темной ленинградской кухне положила передо мной на липкую клеенку чистый лист бумаги и угрожающе быстро вычертила на нем сложную астрологическую карту, похожую на замысловатый лабиринт - карту моей судьбы. В другой раз приятель рассказал, что в огромный, с человеческий рост кактус, стоявший у меня дома, вселился демон; ранее, этот приятель обьяснял, со слов Успенского, что нас, ничего не подозревающих малых людей, постепенно пожирает Луна, коей мы являемся постоянной пищей. Совсем недавно еще один друг - друг детства - рассказал мне о том, что люди окружены энергетическими сферами разной напряженности и окраса, которые он видит прямо и непосредственно - и что наблюдаемое им движение энергий играет решающую роль в определении образа действий по отношению к окружающим; описание этих энергий в устах моего друга было не лишено известной экспрессивности.

Каждый раз, сталкиваясь с подобным (тут я просто хочу изложить свои реакции, не желая никого задеть или обидеть), я чувствую нечто вроде брезгливости - смешанной с раздражением, подавленностью из-за невозможности установить контакт, сожалением, что близкий ранее человек зашел слишком далеко, интеллектуальной усталостью перед лицом непосильного предприятия. Возможно, все это предрассудки или мои личные особености, но дело не в них... В который раз обдумав все это и попытавшись обьяснить для себя причины такого отношения, я понял, что они связаны с крайне важным для меня внутренним состоянием - переживанием загадки мироздания. Переживание это, направленное на бесконечность мира, его глубину и неисчерпаемость, на его обещание, возникло у меня с детства - и является одной из составляющих интереса к жизни и надежды. Я очень хорошо отличаю людей, наделенных им, и тех, кто его лишен. И именно ему, этому переживанию, как мне кажется, угрожает оккультизм. Оккультный подход к жизни воспринимает определенные вещи слишком буквально - он лишен такта в отношении к уровню метафоричности знания и внутреннего опыта.

Для меня приближение к большим загадкам - к недоступным в нашем обычном опыте областям бытия - подобно прогулке в горах, где с каждым десятком метров набранной высоты меняется состав деревьев и сама природа "леса". И главным в этом изменении является как раз ослабление буквальности - все более и более косвенная, сухая, бесплотная природа наблюдений, мыслей, слов и образов -- и одновременно все большая степень отдаленности от того, что они означают. С определенной точки прямое указание и усмотрение уже почти совсем исчезают и остается зачастую бессмысленный и лишенный всякого направления слепой зигзаг. Оккультист же каким-то образом не видит и не чувствует этого изменения. Он пересекает границу - но при этом сохраняет обычное плотное, плотское отношение к факту и реальности. Он смело подходит к крайним явлениям - как в окружающем мире, так и в своем внутреннем опыте - и берет их голыми руками, сжимает, тискает... Вот оно, с сангвинической радостью говорит он, запредельное и неуловимое, можете сами потрогать; давайте же все вместе будем им пользоваться. Что я могу ему сказать? Что та печень, которую он с кровью вырезал у окружающего мира и придя домой шлепнул на стол, ничуть не лучше обычной печени - за исключением легкого запаха и привкуса ацетона? Что у меня нет аппетита? Услышит ли он, уже вылив масло на сковородку и начав жарить?

история

В разговоре со shkrobius o переводе и оригинале обсуждали тему историчности нашего отношения к художественному тексту - и упомянули, что оно изменилось с Романтизмом - стали раздумывать об альтернативной истории, где не было бы Романтизма - тут shkrobius высказал следующую мысль - Just blotting out Rousseau alone would save billions of lives... - простое удаление Руссо из истории спасло бы миллиарды жизней -

это в свою очередь навело меня на размышления об академической истории - и мне показалось, что сейчас в исторической науке существует серьезный пробел - глубоко исследуется реальное прошлое, и почти совсем не исследуется потенциальное прошлое - альтернативные версии развития событий - в качестве примера я вообразил монографию об альтернативной истории без Руссо - вообразил солидного историка, вооруженного современным аппаратом, архивами, всеми источниками - и исследующего альтернативную историю без Руссо - подкрепляя описание возможных событий учеными рассуждениями, ссылками, цитатами - т.е. обычный, тщательный и педантичный научный труд, но только посвященный альтернативному развитию событий.

возможно, такая монография о Руссо, к примеру, пришла бы к выводу, что даже без него миллиарды жизней спасти бы не удалось.

далее, я вообразил целое ответвление исторической науки, с научными школами и факультетами, которая занимается подобной альтернативной историей, каждым веком и каждой географической зоной - пытаясь проследить все разветвления возможных путей развития события - с экспериментами, полемикой, доказательствами и опровержениями - с предлагаемыми и отбрасываемыми вариантами - и с образующимся в конечном счете научным консенсусом относительно стабильных периодов, событий и действий - и точками возможного ветвления, где история действительно могла пойти по другому пути.

мне показалось, что подобная научная дисциплина - естественно, более гуманитарная и менее эмпирическая, нежели обычная история - была бы крайне полезна - ведь будучи в настоящем и принимая решения, мы постоянно пытаемся просчитать, как они могут сказаться на будущем, сравнивая и анализируя различные варианты возможного хода событий.

возможно, такое направление истории уже вовсю существует, и я просто об этом не знаю.

(сразу хочу подчеркнуть, что меня НЕ интересует здесь известный литературный жанр альтернативной истории
http://www.amazon.com/s/ref=nb_ss_gw_0_19?url=search-alias%3Daps&field-keywords=alternative+history+fiction&sprefix=alternative+history)

(no subject)

По счастливой наводке timur0 стал читать рассказы Александра Грина. Волшебные рассказы, малопохожие на популярные романы. Особо хороши "Фанданго" и "Крысолов". Действие происходит в чорном, голодном, тифозном Петербурге начала 20х годов. Вот отрывок из рассказа "Крысолов".

Collapse )

(no subject)

Зеркальный музей. Повсюду – бесконечная череда отражений. В обе стороны уходят все уменьшающиеся коричневые проемы идентичных залов с окнами, с канделябрами, с салатного цвета кушетками, с мерцающими бежевыми стенами – и вдруг там, в уходящей вдаль стопке отражений, из-за сотого или, возможно, тысячного угла показывается крошечная фигура человека – и также беззвучно скрывается. И вдруг понимаешь, что никаких зеркал вокруг нет.