Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Некоторые стихи Дмитрия Богатырева

Подросток, пребывающий в нетрезвом состоянии
Считает своим долгом находиться на Луне
Но, будучи не в силах на большие расстояния
Передвигаться на ногах - он скачет на коне
А тот, кто невзначай достиг успеха и признания
Свою заслугу видит в истреблении людей
А тот, кто издает при них тоскливые стенания -
Почти наверняка замаскированный злодей...

Котинька, котеночек мой слатинький
Ничего не смыслит в математике
Он залез, мерзавец, на решение
Это его было прегрешение
Зубки зачесались у котеночка
А тетрадь лишь тоненькая пленочка
Вот и все, и нету больше физики
Мы с котом порядочные шизики

Как-то в детстве Ильич подошёл к господам
И сказал, поднимая винтовку:
"Перепрыгните эту верёвку, мадам!
Перепрыгните эту верёвку!"
Эти годы иссякли, но память о них
Сохраняю в душе как святыню
Пусть мой разум угас и мой голос затих,
Но одно не забыл и поныне -
Как младенец Ильич говорил господам,
Зажимая им руки тисками:
"Вы довольны своими носками, мадам?
Вы довольны своими носками?"

Песенки, лесенки, сосенки, просеки,
Высеки, Васенька, лысеньки выселки,
Писаньки чистеньки, кисаньки толстеньки,
Сытеньки мосеньки, длинны волосыньки,
Веселы кащенки, ласковы Машеньки,
Трудно быть босеньким, так, холодильники?
Нет, отвечает железная техника,
Так тебя, серого, в разные дырочки,
Дрыхнешь без просыпа, черная восъпа,
Пьешь до последнего, мокрая курица!
Чтожъ, отвечаю с ленивым достоинством,
Так повелела нам белая гвардия,
Красная армия, черные вороны,
Перст указующий в разные стороны,
Бомбометатели, столоначальники,
Богоискатели, воры-кандальники!
Так приказали ночлеги бессонные,
Полные ковшики, вечные кухоньки,
Так говорят потолки закопченные,
Дедушки седеньки, бабушки глухоньки,
Злые раскольники, добрые ссыльники -
Что же мне делать теперь, холодильники?!
...Так говорил я с немыми предметами,
Не затрудняясь особо ответами.

Некрасов отжигает

Смолкли честные, доблестно павшие,
Смолкли их голоса одинокие,
За несчастный народ вопиявшие,
Но разнузданы страсти жестокие.

Вихорь злобы и бешенства носится
Над тобою, страна безответная.
Всё живое, всё доброе косится...
Слышно только, о ночь безрассветная,
Среди мрака, тобою разлитого,
Как враги, торжествуя, скликаются,
Как на труп великана убитого
Кровожадные птицы слетаются,
Ядовитые гады сползаются!

из книги Джона Хоргана "Конец науки"

Я спросил Виттена, как он отвечает на заявления критиков, утверждающих, что теория суперструн не поддается тестированию и поэтому на самом деле не является физикой. Виттен ответил, что эта теория предсказала силу тяжести.
— Хотя она и является, если быть абсолютно точным, постпредсказанием, в том смысле, что эксперимент был проведен до теории, тот факт, что сила тяжести — следствие теории суперструн, для меня — один из великих теоретических примеров проницательности за все времена.

http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%92%D0%B8%D1%82%D1%82%D0%B5%D0%BD,_%D0%AD%D0%B4%D0%B2%D0%B0%D1%80%D0%B4

Гоголь

Из всех русских классиков самым современным кажется Гоголь. Он явно вырывается за рамки канона и при этом не является ни модернистом, разрушающим канон и экспериментирующим с новыми формами, ни постмодернистом, ориентированным на игру и цитату. Для Гоголя характерно свободное обращение с жанрами, учет спроса и предложения, интерес к фэнтези и гламуру, фольклорный глобализм, органическое соединение морального с приключенческим - что собирается, если, конечно, правильно прищурить глаз, в полный Голливуд.

Вий - сверхьестественный хоррор с элементами комедии.
Страшная месть - близко к сериям про вампиров и иже с ними, в стиле Underworld.
Тарас Бульба - фольклорно-исторический боевик, Braveheart
Нос - сюрные ситкомы про оффисную жизнь, Being John Malkovich
Шинель - маленький человек, качающаяся камера, моральный протест. Deer Hunter.
Ревизор - Naked Gun, Life of Brian, Эдди Мерфи, Джим Кэрри, Стив Бушеми.
Мертвые души - тут сразу же на ум приходят Братья Коэн, у них бы получилась и Коробочка, и Манилов, и Ноздрев.

(no subject)

В последнее время в околонаучной литературе все чаще можно наблюдать, как сражаются две идеи - антропный принцип и гипотеза множественных вселенных. Обе идеи слегка (а может и не слегка) чуднЫе. И при этом одна исключает другую. От этого становится в голове щекотно.

Мне интересно, одной ли природы эти идеи, или же одна из них совсем чуднАя, а другая не совсем.

О первородном грехе

Вопросы к верующим и к неверующим:

1. Принимаете ли вы концепцию первородного греха?
2. Если да, каков механизм передачи первородного греха?
3. Какова природа грешности, связанная с первородным грехом?
4. Как совместима концепция первородного греха с невинностью детей?

При ответах принимайте во внимание некоторое минимальное знакомство спрашивающего с литературой по вопросу, в частности с http://jesuschrist.ru/bible/%CA_%D0%E8%EC%EB%FF%ED%E0%EC/5

(no subject)

Есть у меня приятель, умный и глубокий человек, которому удалось дожить до седин, ни разу сознательно не прочтя "Анну Каренину". Под давлением узкого круга друзей он наконец восполнил этот пробел. Результаты оказались занятны. Начало романа он пережил спокойно, наблюдая за перипетиями сюжета и привыкая к персонажам, но затем история стала раскручиваться все быстрее и неумолимее - и самоубийство Анны произвело на него неизгладимое впечатление. По его словам, он полностью погрузился в события, в переживания главной героини - и в ключевой сцене пережил то, что определил словом "ужас". Это был ужас огромных, темных, неизбежных сил, которые влекут тебя к гибели. Приятель мой не склонен к сентиментальности, выглядит как отставной полковник разведки (аналитический отдел), любит поиграть в теннис - и поэтому слово "ужас" в его рассказе о литературных переживаниях меня особенно порадовало.

Разговор на этом, однако, не закончился. Я стал расспрашивать его о причинах ужаса - и постепенно почувствовал, что его ответы ведут совсем не к тому, что я ожидал услышать. Из них следовало, что он читал АК не как моральную притчу. Что же там останется, если вычесть мораль, спросил я его? История губительной страсти, ответил он. И далее обьяснил, что роман Толстого посвящен неутолимости желания, которое разрушает и уничтожает своего носителя. Иными словами, сам того не зная, мой приятель интерпретировал АК в духе Мориса Бланшо (о котором он ничего не знает). Мне самому, сознаюсь, это никогда не приходило в голову. Я стал распрашивать дальше и с огромным изумлением обнаружил, что Толстой совершенно не кажется ему моралистом, что брак в глазах моего приятеля (который, кстати, женат и имеет взрослую дочь) лишен какой бы то ни было сакральности. Это показалось мне совершенно удивительным. Вообразите, прочитать Анну Каренину, не заметив эпиграфа, вне всяких представлений о святости брачных уз, вне идеи о древнем проклятии, падающем на преступившего черту.

Возможно, боги действительно оставляют нас. Возможно, древние проклятия выцветают и уходят из нашей жизни, превращаясь из кровавых заповедей в пожелтевшие цветные открытки.

Пишет уже Алена, жена Алеши

Когда волнуется желтеющая нива,
То я волнуюсь тоже. Словно колос,
клонюсь к земле, охвачена тоской.
Нет новых рифм. Да и размеров нет –
все вышли. Когда была б я Пушкин,
иль Лермонтов, или Некрасов хоть,
то без стыда могла бы рифмовать
тревогу с Богом, ветерок с листком,
душистый с серебристым... Но они,
растратчики, дворянчики и моты
все рифмы извели, оставив нам
клочок земли бесплодной, на которой
уж не взволнуется желтеющая нива.

У Алеши Болдинская осень

Завещание

Не брей, красавица, при мне
Свои измученные ноги
Не возбуждают уж оне
Ни вожделенья, ни тревоги
Не пей, крсавица, портвейн
Вино тебе уж не поможет
Ведь ты не Байрон, не Эйнштейн
И истина тебя не гложет
Не ешь, красавица, горох
Не следует тебе поститься
Ты ж не святая, видит Бох
Грехам твоим уж не простится
Не вой, красавица, по мне,
Когда отправлюсь в путь печальный
Не смей фальшивить в тишине
И прерывать мой сон прощальный

Из книги "Grand Design" Стивена Хокинга

We seem to be at a critical point in the history of science, in which we must alter our conception of goals and of what makes a physical theory acceptable. It appears that the fundamental numbers, and even the form, of the apparent laws of nature are not demanded by logic or physical principle. The parameters are free to take on many values and the laws to take on any form that leads to a self-consistent mathematical theory, and they do take on different values and different forms in different universes. That may not satisfy our human desire to be special or to discover a neat package to contain all the laws of physics, but it does seem to be the way of nature.

Судя по всему, мы находимся в критической точке развития науки, где нам придется изменить представления о целях научных теорий и критериях их приемлемости. По всей видимости фундаментальные физические константы нашей вселенной - да и сама форма законов природы - не вытекают ни из логики, ни из каких бы то ни было физических принципов. Константы могут принимать любые значения, а законы - любые формы, допускаемые когерентной математической теорией - и эти разнообразные значения и формы реализуются во множественных вселенных. Это, возможно, противоречит нашему желанию занимать выделенное место в мироздании, а также стремлению открыть, в компактной и общей форме, все физические законы - но так уж, выясняется, устроена природа.
----------------------------------------------------
Хокинг тут пытается заявить о конце еще одного антропоморфизма - он подталкивает нас к мысли, что в физике произошла очередная коперниканская революция. Подобно тому, как после изобретения телескопа и появления идей Коперника пришлось отказаться от мысли о центральности и единственности Земли и человека, теперь следует отказаться от представления о выделенности нашей вселенной с ее единственно возможными и действующими везде физическими законами и определяющими облик мира константами. В этом, среди прочего, его комментарий к антропному принципу - он говорит, что наша вселенная, допускающая возникновение органической жизни и человека, есть лишь результат случайного сочетания факторов - и что в других вселенных, количество которых колоссально - эти факторы сочетаюся другими - всевозможными - способами.

Для меня в этой книге любопытным было полное и безоговорочное принятие теории струн как основы физики - и готовность сделать все крайние выводы - а также использование фейнмановского подхода к квантовой механике, основанного на идее, что квантовая система реализует все возможные траектории перехода из одного состояния в другое.

Сразу замечу (для специалистов-физиков), что книжка эта популярная, рассчитаная на домохозяйку, коей я и являюсь - и поэтому все мои слова есть порождение ума домохозяйки, в мутном и темном зеркале популярной книжки разглядевшей поразившие ее - возможно ложные - формы.